— Да ну тебя к чёрту, Солин. Я — человек.

— Ну и что? Если мы исследуем Божественное сознание с помощью машины, неужели ты думаешь, что человеческое не поддаётся?

— Не поддаётся, — сказал я, разоблачаясь, — такова моя вера. Хотя, я конечно не силён в новейшей цифровой теологии, прости.

— А в ихтиологии? — сказал Солин и с шумом забежал в ночное море.

— Кого их? — крикнул я, но он уже был под водой и меня не услышал.

Когда мы пришли, Вита спала, мне было постелено на канапе в комнатке, служившей Солину кабинетом. Книги были не только здесь, но в других помещениях они перемежались с посудой, да и полки не покрывали все стены, в двух местах в коридоре они превращались в лесенки шведских стенок. Здесь же кроме книг ничего не было, книги занимали все стены от пола до потолка. Даже окна в этой комнате не было. Или оно было заставлено книгами?

— Слушай, у тебя есть Бодрийяр? — спросил я.

Солин сразу не ответил, из чего можно было сделать вывод, что Бодрийяра у Солина нет. Но он не мог так просто признать наличие таких дыр в своей библиотеке.

— Зачем тебе Бодрийяр? — спросил он.

— Я в газете читал о его недавнем выступлении, что-то о системе, которая сейчас обратится против себя...

— Вот прямо сейчас? Он это ещё тридцать лет назад твердил, — сказал Солин, — причём же тут газета?

— Не знаю, там это выдают за его последнее выступление. В общем, я хотел полистать перед сном. Стасик, кстати, его любит, ты знаешь?

— Я тем более не понимаю, на кой чёрт Бодрийяр Стасику. Все эти симулякры. Слово-то какое. Тьфу.

— Ну правильно — это помогало Стасику симулировать мышление.

Солин усмехнулся. Он курил голландский табак «black captain». Пахло аппетитно, я попросил у него трубку. У него была целая коллекция трубок, я тоже ему когда-то дарил на день рожденья...