Это случалось каждый год. Мелани уже давно отказывается приезжать к ним на каникулы. Это стало даже предметом шутки. В конце мая Клеман насмешливо спрашивает: ты еще не звонила своей дочери, чтобы пригласить ее к нам на каникулы? Каждый раз ее это раздражает, но она улыбается и отвечает: нет еще, но сейчас позвоню. И снимает трубку. Это уже ритуал. Позвонить Мелани, чтобы услышать холодный отказ: нет, у нее другие планы. Два года назад она ушла из дома, и сразу же свела их отношения к минимуму. Они ничего не знают о ее жизни, не знают ее друзей. И вдруг в этом году она почувствовала колебание на другом конце провода. Может быть, она еще не решила, она перезвонит. В начале июля они договорились. Она приедет числа пятнадцатого на одну-две недели. Странно, но она сообщила это тем же холодным тоном, что и отказ. Что ты об этом думаешь? — спросила она тогда Клемана. Тот только пожал плечами. Ничего. Знаешь, твоя дочь… Тогда она позвонила Марку, чтобы сообщить ему новость. Тот обрадовался. Это здорово! Хороший знак. Мелани, несомненно, хочет восстановить отношения с нами. Кстати, я хочу тебя попросить… Тогда-то она и услышала, что он хотел бы приехать в Бастиду со своей новой знакомой и остаться на две недели, с 15 по 29 июля. Конечно, если она не против…

Она хочет пить и встает. Надо спуститься в кухню, потому что она забыла поставить на ночь кувшин с водой. На следующий год они собираются устроить ванную комнату на втором этаже. Будет удобнее. Она натягивает халат, тихо открывает дверь. Проходит мимо двери Марка и останавливается, ждет несколько секунд. Тишина, все спят. Она спускается по лестнице осторожно, чтобы не скрипели ступеньки. Открывает кран и стоит, прижавшись животом к холодным камням раковины. Уже почти пять часов утра, и первые лучи рассвета начинают проникать в комнату. Ей не хочется возвращаться в спальню, и она устраивается за большим столом.

С самого приезда Мелани избегает ее.