Казалось, что архитектор, проектировавший дом, главной своей целью поставил ни на минуту не разлучать его обитателей с окружающей природой. Расположение комнат и окон на обоих этажах было тщательно продумано. Где бы человек ни был, - на кухне, в кабинете, спальне, гостиной, - и в какой бы позе, - стоя, сидя, лежа, - он не находился, перед ним за окном раскрывалась живописная картина. Видны были, - либо небесная высота за густой зеленой листвой, либо, зеленая поляна, окаймленная кустами красных азалий, или изогнутый овал голубого бассейна.
Истосковавшиеся когда - то в своих тесных каморках, преуспевающие здесь бывшие граждане Союза, порой позволяли себе такой выбор, на который не так часто шли даже коренные американцы.
Спустя некоторое время гости сидели за праздничным столом, развернутым в саду вдоль бассейна, поднимали бокалы за здоровье хозяев, хвалили их приобретение, и, естественно, много говорили о Real Estate (недвижимости), которая играет немалую роль в жизни каждого человека. Не обошлось и без благодарного тоста в адрес страны, которая их приютила, и предоставила также немалые возможности для их детей и внуков. А потом разговоры пошли о всяком разном.
Время от времени раздавался короткий треск со стороны большой лампы, висевшей на наружной стене под выступом крыши. Каждый такой звук напоминал о том, что очередной заманенный туда электронным устройством комар больше уже беспокоить никого не будет. В углу дома бесшумно дымила черная печка, испуская аппетитный запах BarBegue[1]. По окружности бассейна росли цветы в крупных горшках, за ним, между двумя стволами дубов раскачивался на ветру огромный красочно вышитый мексиканский гамак.