Он увидел сексапильную женщину с длиннющими ногами. Это была Виола, мулатка из Пуэрто-Рико. Он высмотрел ее на берегу зловонной Темзы. У нее была смуглая кожа, на которой изумительно свежо смотрелся белый цвет. На ней был надет только испанский воротник. Зато какой! За воротник она закладывала серебристые пластинки. Он услышал знакомый слоган a la-Маяковский, произносимый сочным баритоном диктора НРТ Олега Квакина. "Сперминт" изобрел буржуй! Жуй! Жуй! Жуй!" Виола начинала жадно срывать обертки и совать пластинки в рот.

Что было дальше, он увидеть не успел, потому что рыжий обрадовано воскликнул: "Ага, паря! Смотри сюда!" Он быстро отошел к стене. Фигуров приподнял голову и почувствовал боль сначала в шее, затем в позвоночнике. Но любопытство было сильнее и он продолжал наблюдать. Рыжий наклонился над кучей хлама, сваленного у стены, резким движением отдернул красное пальто с меховым воротником, изъеденным молью, подняв облако пыли. Фигуров чихнул. На глаза у него выступили слезы.

Он увидел в волосатых руках рыжего верзилы маленькие яркие упаковки жевательной резинки "Сперминт", рекламу которой только что крутили по ящику. Тот придвинул ногой старую табуретку и положил все это добро на нее. "Но зачем?" -- изумленно воскликнул Партоген Фигуров. Здоровые ручищи рыжего между тем уже судорожно срывали с упаковки пленку, распечатывали и мяли тонкие пластинки. Фигуров с содроганием наблюдал за этими сильными руками.

Когда было распечатано уже около десятка пластинок, рыжий собрал их все в кулак и немножко помял. Получился жевательный шар величиной с каучуковый мячик. Он подбросил его на полметра вверх, поймал и наклонился над пленником.

Одень его в халат цвета резинки "Сперминт", и со стороны даже могло бы показаться, что это заботливый врач склоняется над своим пациентом. "Открой рот!" - мягко сказал он. Фигуров сжал зубы. "Открой рот!" -- уже жестче повторил рыжий. Фигуров покачал головой, заметив, что снова заныла шея, но боль уже не показалась такой острой.