ГИТЕЛЬ (возмущенно): Ничего подобного! Я танцовщица! Вы шутите, я столько лет занимаюсь у самого Хосе!

ДЖЕРРИ: У какого Хосе?

ГИТЕЛЬ (изумленно): Вы что, притворяетесь?

ДЖЕРРИ: Иногда. Значит это вы в своем натуральном виде?

ГИТЕЛЬ: Конечно, не зря же я платила по семь пятьдесят за урок.

ДЖЕРРИ: А этот Мистер Америка - ваша последняя ошибка?

ГИТЕЛЬ: Кто-кто?

ДЖЕРРИ: Ваш муж.

ГИТЕЛЬ: Да нет, это не он. Уолли был у меня так недолго, что не успел сняться. Это Ларри.

ДЖЕРРИ (глубокомысленно): А, теперешняя ошибка. (рассматривает фотографии) А вот тут вы еще больше в натуре. У вас в самом деле такие хорошенькие ножки?

ГИТЕЛЬ: Ну да! То есть были раньше, до болезни, теперь-то я здорово похудела.

ДЖЕРРИ (став на цыпочки, чтобы лучше разглядеть фотографию): От этой вашей старомодной язвы? Тут, кажется, даже и ее можно разглядеть.

ГИТЕЛЬ: Нет, от язвы как раз поправляешься. Ведь надо есть шесть раз в день, с ума сойти. Когда у меня было последнее желудочное кровотечение, я прибавила восемнадцать фунтов. Я дивно выглядела.

Джерри оборачивается к ней, нахмурясь.

Это все говорили!

ДЖЕРРИ: Пос-лед-не-е кровотечение.

ГИТЕЛЬ: Да, надеюсь, последнее. А то ведь и крови не напасешься.

ДЖЕРРИ: Это не шутки. Сколько раз это у вас было?

ГИТЕЛЬ: Два. И надо же, когда у меня был такой цветущий вид, как никогда в жизни, меня вдруг - бац! - кладут на операцию.

ДЖЕРРИ: Язва?

ГИТЕЛЬ: Аппендицит! (смущаясь под его пристальным взглядом, смеется) Так что видите, сколько у меня дефектов в организме!

ДЖЕРРИ (после паузы поднимает кружку с молоком): За ваш организм без аппендикса. Я против излишеств. (пьет молоко)

ГИТЕЛЬ (весело засмеявшись, тоже отпивает из кружки): Ну вот, теперь все мои болезни вам известны. Расскажите о своих.