После этого я полночи не мог сомкнуть глаз. В нашей спальне было ужасно жарко. Герти тихонько похрапывала. И я просто не находил покоя, ворочался с одного бока на другой, весь в поту, как портовый грузчик летом. Всякий раз, когда мне только-только удавалось задремать, я видел перед собой Ванессу. На ней снова были легкие туфли на плоской подошве, делавшие ее ростом еще меньше моего. Тоненькая блузка, под которой очень четко обрисовывалась грудь. Маленькими розовыми бутончиками проступали через нее соски, и потом шла узенькая талия, длинные, стройные ноги. И всякий раз, когда я только-только засыпал, она говорила, что к ней еще должны прийти гости.

Гости! А в раковине была трещина! А если к ней пришли ее отец или мать, или какой-нибудь другой родственник постарше и ему нужно было в ванную, что он тогда подумает о нас? Что мы вытягиваем из карманов невинных детей огромные деньги за квартиру, а сами подсовываем им треснувшие раковины!

Сразу же на следующее утро я отправился в квартиру Ванессы. Я должен был сделать это. У меня было такое чувство, как будто меня подталкивает в спину какая-то невидимая рука. Понятное дело, я пошел без Герти, мне бы не удалось объяснить ей этот внутренний порыв. И я казался сам себе немножко преступником, потому что пробирался туда тайком. Но это прошло, когда я закрыл за собой дверь и находился в полной уверенности, что меня никто не видит.

Было заметно, что Ванесса только что въехала. В спальне повсюду стояли картонные коробки. Постель была не прибрана, и перед ней на полу лежала тоненькая блузка, которая была на Ванессе накануне. В комнате сильно пахло легкими, сладковатыми духами и совсем немножко потом. И рядом с блузкой лежали крошечные трусики, только такой черный кружевной треугольничек с лямочками, оставляющий ягодицы оголенными. От этих трусиков, скажу я вам, по всему мне прошел какой-то трепет.