Было что-то в этих коротко остриженных, круглых головах, склонившихся рядами над горячей овсянкой, что-то в их упитанных подвижных фигурах в белом, что-то в доминирующем розовом цвете их лиц и ушей, что побудило горожан города Чернигова назвать (и не без зависти) пансионеров - "Дворянские поросята".

ЗАПЯТАЯ

"889-й год - Призвание Варягов, 980-й, Крещение Руси; 1242-й - битва с татарами на реке Калке. Восемьсот восемьдесят девять... девятьсот восемьдесят... тысяча двести сорок два". Богомолец перестал шептать; он отвел глаза от учебника и глядя на ближайшую стену, шевелил губами, пытаясь запомнить исторические даты.

Он был одним из 12-ти воспитанников в классной комнате, Первого Отделения Черниговского Дворянского Пансиона. Разговоров не было. Слышен был только, как журчание родника, заглушенный хор молодых голосов, приготовлявших заданные на завтра уроки. Коротко остриженные головы, склоненные над черными отдельными столиками, были ярко освещены электрическими лампочками за зелеными абажурами.

"В 889-м году... варяги пришли править Россией, начал снова Богомолец. Помолчав, он перевел глаза на соседний столик, на котором Дерюгин сортировал свою коллекцию пишущих перьев. Легким ударом пера-битка он пытался перевернуть на спинку другое перо. Перо подпрыгивало, но упрямо ложилось, на ребро.

- Почему ты не ударишь его... так? - Богомолец сделал скользящий горизонтальный жест. - Это же Наполеон, его очень трудно опрокинуть. У меня было оно, но я выменял его у Зубка на яйцо снегиря.., У тебя есть другое?

- А. что ты мне дашь за него? - спросил Дерюгин не отнимая глаз от пера.

- Яйцо грача, - сказал, подумав, Богомолец. - У меня есть их два.

- А оно с трещиной?

- Нет, я проколол большую дырку, выдувая, но оно не треснуло. - Была некоторая пауза.

- Наполеон - перо редкое, - Дерюгин пытался удорожить ценность своего товара.