Марес протер глаза и робко запротестовал:

— Опять ты? Чего тебе нужно?

— Норма Валенти ждет нас.

— Не мели ерунду.

Тип улыбался краешком глаза, хитро поглядывая на Мареса.

Марес узнал, что на нем надето: его, Мареса, собственный вышедший из моды коричневый костюм в ши­рокую белую полоску — двубортный пиджак и брюки с отворотами. Он необычайно шел незнакомцу — эле­гантный чарнего, надменный и изящный, напомажен­ный и в перчатках, перед таким ни одна не устоит. От черных кучерявых волос остро пахло бриллиантином. Он не спеша оглядел Мареса:

— По-прежнему сходишь с ума по этой бабе?

— По-прежнему.

— Тебе надо играть ва-банк, Марес.

— Ничего не выйдет, не настаивай.

— Все будет отлично. Поверь мне, доходяга, — про­цедил он сквозь зубы.

Незнакомец говорил на южный манер, не очень разборчиво, но как-то мягко, вкрадчиво, чуть хрипло­вато.

— Положись на меня, парень. Я поговорю с ней, и она вернется в твои объятья, будь я проклят.

— Ты хочешь, чтобы я познакомил тебя с Нор­мой?

— Необязательно. Я сам с ней познакомлюсь и за­молвлю за тебя словечко.

— Ты спятил.

— Точно. Все равно надо попробовать. Чего тебе те­рять? Нет в мире бабы, которую нельзя пару раз трах­нуть, особенно если не жалеть усилий и если действи­тельно хочешь ее больше всего на свете. Но прежде чем сделаться ее любовником, нужно стать ей другом, чтобы она тебе доверяла...

— Да она видеть меня не хочет.

— Я пойду вместо тебя. Ты что, до сих пор ничего не понял?

— Я даже не знаю, как тебя зовут.

— Я тоже. Пока. — По его лицу расплылась притор­ная улыбка, он слегка теребил снятой перчаткой поля шляпы. — Давай вместе прикинем. Кем я могу быть? Например, другом твоего вшивого детства, неким Фанекой. Помнишь его?

— Во сне я ничего не помню. — Его мысли пута­лись. — Это ведь сон, верно?