-- Про Айко забудь, -- отрезал Дортмундер. -- Если пойдем на дело, командовать буду я. Я займусь Айко, не беспокойся.

--.Согласен, Дорт. Как хочешь.

Они устроились на скамейке на берегу пруда. Был июнь. Келп рассматривал проходящих девушек, а Дортмундер уставился на водную гладь.

Он уже дважды спотыкался, и ему вовсе не хотелось остаток дней хлебать тюремную баланду. Похитителей полумиллионного изумруда полиция будет разыскивать куда усерднее, чем воров, стянувших портативный телевизор. И, наконец, можно ли доверять Айко! Что-то в этом типе было уж слишком гладкое...

-- Что ты думаешь об Айко? -- спросил Дортмундер.

Келп удивленно отвел взгляд от девушки в зеленых чулках.

-- Нормальный парень. А что?

-- Ты веришь, что он заплатит?

Келп засмеялся.

-- Конечно, заплатит! Если он хочет получить изумруд, то заплатит как миленький!

-- А вдруг откажется? Мы нигде не найдем другого покупателя.

-- Страховая компания, -- не задумываясь, сказал Келп. -- Они, не моргнув, выложат сто пятьдесят тысяч долларов за камешек, который стоит полмиллиона.

-- Пожалуй, -- согласился Дортмундер. -- К тому же, возможно, это лучший выход.

-- Что -- "лучший выход"? -- не понял Келп.

-- Пусть Айко финансирует дело, -- пояснил Дортмундер. -- Но когда у нас будет изумруд, мы продадим его страховой компании.

-- Мне это не нравится, -- твердо заявил Келп.

-- Почему?

-- Потому что он все о нас знает. И раз изумруд большая ценность для их страны, они могут здорово обозлиться, если мы их надуем. А мне вовсе не хочется, чтобы меня преследовала целая африканская страна. Даже если я получу деньги.

-- Ну, ладно, -- сказал Дортмундер. -- Посмотрим, как все пойдет.

-- Целая страна против меня, -- с дрожью пробормотал Келп. -- Мне это совсем не нравится.

-- Ладно.

-- Духовые трубки и отравленные стрелы, -- продолжил Келп.