Этого было достаточно.
Дортмундер пил кофе и просматривал комиксы, когда в дверь постучали. Он вздрогнул и машинально посмотрел на окно, пытаясь сообразить, есть ли там пожарная лестница, потом вспомнил, что в настоящий момент он не в розыске, и, обозленный на себя, пошел открывать дверь.
Это был Келп.
-- Тебя трудно найти.
--Не так уж и трудно, -- возразил Дортмундер. -- Входа же. -- Келп вошел в комнату, и Дортмундер запер за ним дверь. -- Ну, очередное выгодное дельце?
-- Не совсем, -- ответил Келп, оглядываясь кругом. --Ты купаешься в роскоши, -- усмехнулся он.
-- Я всегда бросал деньги на ветер, -- сказал Дортмундер.
-- Для меня только все самое лучшее. Что ты имеешь в виду -- "не совсем"?
-- Не совсем очередное выгодное дельце.
-- Что ты имеешь в виду -- "не совсем очередное выгодное дельце"?
-- То же самое, -- ответил Келп.
Дортмундер удивленно уставился на него.
-- Опять изумруд?
-- Гринвуд спрятал его. Он сказал об этом своему адвокату и послал его сказать майору Айко. Айко сказал мне, а я говорю тебе.
-- Зачем? -- спросил Дортмундер.
-- У нас еще есть надежда получить наши тридцать кусков.
И по сто пятьдесят в неделю, пока дело не будет сделано.
-- Какое дело?
-- Освободить Гринвуда, -- ответил Келп.
-- Ты свихнулся, -- бросил Дортмундер и пошел допивать свой кофе.
-- Гринвуд здорово погорел и знает это. Его адвокат того же мнения. У него нет ни малейшей надежды выйти оттуда, его хотят засадить --все в ярости, что пропал изумруд. Итак, или он вернет камень, чтобы заслужить боже мягкое наказание, или он даст его нам, если мы его освободим. Следовательно, достаточно помочь Гринвуду выйти оттуда, и камень наш.
Тридцать тысяч долларов -- как раз плюнуть.
--А где он?-- нахмурил брови Дортмундер.