В нашем браке я была живой. Наверное, от этого было порой неудобно моему мужу, но я была сама собой, была неправильной, легкомысленной, стервозной, пилой и прочее. Я не сдерживала свое плохое настроение и хорошее тоже. Я много от него требовала.

И вот я помню, как однажды, уже после его ухода, сидела в кресле, смотрела на огромных наших рыб в аквариуме и думала, думала… Мне предпочли другую, и значит, во мне есть какой-то охренительнейший изъян, который вынудил человека, жившего рядом, бросить все и уйти.

Я решила, что этот изъян – мой нелегкий характер, строптивость и неумение понимать и принимать другого таким, какой он есть.

И в этом выводе я достигла апогея.

Я вошла в новый этап под названием Раскаяние. Это была первая клетка, в которую я себя заперла. Неглаженые рубашки хрестоматийно стояли на первом месте. Однажды я вместо соли положила в гречневую кашу соду – перепутала баночки. Я не забинтовала ему палец на ноге, когда он порезался. Я танцевала на всех вечеринках и вела себя слишком шумно. Я сманипулировала им, и мы завели собаку, которую он не хотел. Я не шла к нему спать, а вместо этого читала на кухне книжку.

Я ощущала себя монстром и изгрызала себя каждый вечер. Я решила с какого-то бодуна, что я заслужила все то, что получила, и склоняла голову в ожидании казни.

Вторая сторона вела себя в соответствии с моим новым притихшим обликом. Мне был выставлен ряд обвинений, который я тут же незамедлительно приняла, почти безоговорочно. Я их просто перечислю, без комментариев.

Я не зарабатывала денег сама. Не делала карьеру. Не поддерживала его. Ссорилась с ним. Контролировала его звонками. Не улыбалась ему. Он устал быть для меня единственным светом в окошке.

Я думаю, этот список может быть любым, главное – что его предъявляют каждой, от которой ушли, плюс к тому списку, который предъявите вы себе сами.

Мне было объяснено следующее: что мы ничего не должны друг другу, что мы свободные люди. У него много женщин, да и по-другому он сейчас не может. И если что, я вполне могу найти себе другого мужчину, а не сидеть и не ждать его целыми днями. Он не против. И только если я ему буду радоваться, улыбаться и вообще вести себя как солнечный зайчик, он время от времени будет ко мне приходить.