— Дорогие первоклассники! Сегодня мы торжественно принимаем вас в октябрята!..
Я не слушала. Я смотрела на тётку, которая стояла рядом с директрисой — это была та самая толстозадая фашистка, которая тыкала Кеху лицом в раковину.
— Мальчик, изображенный на значке, — это маленький Ленин. Будьте достойны!..
Фашистка улыбалась толстыми накрашенными губами.
— Дедушка Кехи был Гамлетом, — прошептала я.
Захотелось ей крикнуть на все зал, во все горло:
— Гамлетом!! А не преступником!! Ты! Толстозадая дура!!
Набежали пионеры, стали совать нам в руки шарики, прикалывать к груди значки. Свой значок я прикрыла ладошкой, чтобы маленький Ленин не видел эту фашистку.
1987–1988 гг
— Левадная!!
— Чего?
Я оглянулась — ко мне через улицу, размахивая желтым пушистым букетом, бежал Колька.
— Ты фартук испачкала!
— Где?
Я оглядела себя, и, действительно! белоснежный фартук оказался заляпан зеленым соком, набежавшим с букета. Дурацкие цветы! Я разозлилась.
Машка тут же принялась ногтем скоблить пятно, как будто его можно так оттереть!
Вот влетит же мне дома! А уж как я буду на линейке выглядеть. Да уж! Людмила Михайловна подожмет губы и скажет: «Левадная, ты как всегда! Думаешь, это просто пятно на фартуке? Это пятно на всём отряде!» Или классе — смотря, как эта черепаха вдохновится. Спасибо, если все-таки окажется, что не на всей школе. А уж как влетит от родителей, даже подумать страшно.
— Жека, на линейке за меня встань, бочком, — предложил Вовка. — Ты меня выше, тебя все равно видно будет, а я пятно загорожу.
Колька сердито поджал губы, как будто дурацкое пятно на моём фартуке, действительно, пятно на всем классе! Прошествовал дальше. Машка вздохнула.
— Ты на него не сердись, — сказала она мне. — Коленька — староста. Он должен всё замечать и обо всех заботиться.