Оратор был бы горд любой.

Все красноречие лакейской

Я для красавицы нашел.

Легко пленить нам слабый пол

Отвагой этакой злодейской!

Уверил я, что по пятам

Хожу за нею месяц целый,

Что я влюблен, как угорелый,

И за нее, мол, жизнь отдам.

Сказал красоточке служанке,

Что ею сильно был задет,

Когда под звуки кастаньет

Она плясала на гулянке.

Вконец разнежилась она

И рассказала без утайки

Все о себе и о хозяйке,

И все я выведал сполна.

Так вот, сеньор, какое дело:

Вдова богата и знатна,

Но жизнь затворницы она

Ведет с тех пор, как овдовела.

Ни шагу из дому, и в дом

Весьма немногих допускает,

Одну заботу только знает

О добром имени своем.

А с мужем-то, бедняжка, ровно

Два месяца жила всего!

Как говорят, сгубил его

Излишек пылкости любовной.

Граф

Хоть не завидна смерть ничуть.

Но нет завиднее причины

Для преждевременной кончины!

Дон Хуан

Глупец, пред ним был долгий путь!

Зачем же было торопиться?

Мартин

Кто молод, у кого в крови

Горит огонь, - за день любви

Готов всей жизнью расплатиться.

Граф

Но почему же у прелестной,

Скажи, так вдовий чепчик мал?

Дон Хуан

Конечно, чтобы не скрывал

Он красоты ее небесной.

Мартин

Большие носят лишь ханжи

Да престарелые дуэньи.

В столице есть и исключенья.

Граф

В каких же случаях, скажи?

Мартин

Раз у одной прекрасной дамы

Супруг изволил умереть,

Она ж его, как рыбу в сеть,

В холст завернула грубый самый

(Не очень ей был дорог он...),

Потом отправилась с супругом

Торжественно, в карете цугом,

Для совершенья похорон,

Притом голландской тонкой тканью