Часто я становлюсь свидетелем неприглядных подробностей чужой жизни. Хоть роман пиши... Короче, у меня нет никаких иллюзий, что стоит поместить человека в прекрасный интерьер, и он станет счастливым. Я полагаю, что красивая, гармоничная среда обитания добавляет человеку счастья, но не создаёт его. «Наполните дом сей светом и счастьем!» — попросила восходящая театральная звезда (имя ей сделало участие в телесериале), когда поручала мне переоборудовать её мансарду, поскольку у неё самой нет ни секунды времени. «Светом наполню, — ответил я, — а счастье ищите в себе».

Так я заслужил довольно, как показывает мой опыт, редкую для нашей профессии награду — поцелуй. И она заказала мне квартиру и осталась безумно довольна. И так бывает.

На манер пещерных людей мы разложились прямо на дубовом паркете посреди угловой комнаты, той, что с эркером, и руками таскаем куски дымящейся пиццы из расписной коробки. Как обычно, наша пицца состоит из двух разных частей, мужской и женской, или «инь» и «ян», как сказали бы некоторые. Восточная — Его половинка, с мясом и жгучим перцем, и западная — Её, со сладкой паприкой и ананасами. Я не выношу консервированных фруктов вместе с солёной пищей. Катрине тянется оттяпать кусочек моих ста восьмидесяти градусов, я в шутку хлопаю её по загребущей лапе. Но это её не останавливает. Ещё у нас есть две полулитровые бутылки минералки «Фаррис» с синей этикеткой.

— А что, недурно, — говорю я, скользя взглядом по голым стенам.