- Я не хочу, чтобы обо мне плохо думали. Кстати, от Джеральдины я это происшествие скрываю. В утренней газете есть что-нибудь?

- Да. Маленькая заметка на первой странице. Ничего сенсационного.

- Можно сделать так, чтобы помощник следователя закончил дело до нашего возвращения?

- По-моему, это несложно. Я поговорю с ним. Думаю, дня за два, за три мы управимся. Сегодня делают вскрытие. Причина смерти очевидна, и ни о каком преступлении не может быть и речи, если не считать нарушения владения. Помощник следователя - молодой врач по имени Миллер. Возможно, вы его знаете. Он приехал в Шведскую Гавань около трех лет назад.

- Я его знаю. Это один и тех, что приходили ко мне и просили отдать старый дом под больницу.

Артур Мак-Генри опять засмеялся.

- Тем более! Представьте себя на месте Миллера. Что бы вы сделали?

- Да, вы правы.

- Считайте, что дело уже прекращено. В эту самую минуту. Или, во всяком случае, после того, как я поговорю с доктором Миллером.

- Благодарю вас, Артур. Привет от меня Джо Чэпину.

- Ладно, Джордж. Кланяйтесь Джеральдине. Впрочем, пока не надо.

- Ваш поклон я приберегу на другое время, Артур. Еще раз благодарю.

Джордж Локвуд бегло, но внимательно просмотрел утренние газеты, проверяя на всякий случай, не привлекло ли это происшествие своей необычностью внимания нью-йоркских редакторов. Однако ни "Геральд трибюн", ни "Таймс" не сочли нужным напечатать ни строчки.

Не прошло и часа, как вернулась Джеральдина, сопровождаемая посыльным.

- Благодарю, Боб, - сказал Джордж Локвуд посыльному.

- К вашим услугам, сэр, - ответил тот и, положив сверток на чемоданную подставку, вышел.

- Мистер Хантингтон просил передать, что я могла и не ездить. Ты мог просто ему позвонить, - сказала Джеральдина.

- Как быстро ты управилась. Молодец, милая. Ты не знаешь этого Хантингтона. Когда я звоню ему или захожу лично, он принимается расспрашивать меня о своих клиентах, что живут в округе Лантененго, о моем брате, о племянниках и вообще обо всех, кого только может вспомнить.