– Сюзанна Бакстон? – задумчиво переспросил Мейсон. – Делла, ты помнишь кто это?

– Не притворяйтесь, Мейсон. Лет пять назад вы защищали ее по обвинению в убийстве мисс Роунстон.

– Шеф, дело о камушке в небе, – напомнила Делла Стрит. – Только она не была твоей клиенткой. Ты защищал Мадлен Кроушби, Сюзанна Бакстон была свидетельницей.

– А-а, – вспомнил адвокат. – Что ж, было. Так вы говорите, что ее шантажировали некой конфиденциальной информацией? Это она заявила вам в полицию о шантаже?

– Какая разница, Мейсон? Вы наконец-то попались!

– А может быть, был анонимный звонок в полицию?

– Да не все ли равно?! – отмахнулся Холкомб. – Деньги у вас – какие еще нужны доказательства? А если потребуются, можете не сомневаться, мы их раздобудем. Собирайтесь, журналисты внизу, наверное, заждались. Какая сенсация для вечерних газет!

Мейсон встал и протянул руку за шляпой.

– Не волнуйся, Делла, – сказал адвокат и украдкой подмигнул ей. – Ровно в пять закрывай контору. Надеюсь, вы арестовываете только меня, господин сержант?

Холкомб подозрительно посмотрел на Деллу Стрит. Минуту подумал, затем заявил:

– Пока достаточно только вас. Мисс Стрит даст подписку о невыезде. Поехали.

В сопровождении Холкомба и трех полицейских Мейсон спустился на лифте вниз. В вестибюле их ожидали репортеры. Тут же защелкали фотовспышки.

– Мистер Мейсон, что вы можете сказать по поводу предъявленного вам обвинения?

– Мистер Мейсон, вы действительно шантажировали миссис Бакстон?

– Мистер Мейсон, вы...

– Господа, – громовым голосом заставил всех замолчать сержант Холкомб. – Через несколько часов вы получите официальное заявление полиции по этому вопросу. Пока могу сообщить по секрету, что у Мейсона конфискованы десять тысяч долларов, полученных от миссис Бакстон.