– Меня интересует, – повторил адвокат с прежней интонацией, медленно произнося слова, – досконально ли вы изучили возможность выращивания орхидей в вашей оранжерее?

– Я же вам ответил, что мы...

– Досконально ли вы изучили возможность выращивания орхидей? – снова произнес адвокат.

– Вы имеете в виду... А-а-а, вы хотите, чтобы я отослал Барни...

– Тщательно изучить возможность разведения орхидей.

Дейн Гроувер в течение нескольких секунд молча смотрел на Мейсона, затем резко поднялся с кресла и полез в карман со словами:

– Я принес немного денег и думаю, что вам они понадобятся.

Он небрежно бросил на стол конверт.

– А что по этому поводу думает ваша матушка? поинтересовался адвокат.

Гроувер облизнул пересохшие губы и сжал челюсти так, что его рот вытянулся в прямую линию.

– Мать, – наконец произнес он,– естественно, испытывает смятение. Однако я полагаю, что сейчас не время разбираться в ее чувствах. – С этими словами он вышел из кабинета.

Мейсон взял в руки оставленный Гроувером конверт – он был набит стодолларовыми банкнотами. Делла Стрит приблизилась к шефу, чтобы забрать деньги.

– Я настолько растрогалась, что совершенно забыла посчитать задаток, – сказала она. – Вот уж не думала, что могу так безнадежно впасть в сентиментальность! Сколько там, шеф?

– Предостаточно,– ответил Мейсон.

Делла Стрит пересчитывала деньги, когда на ее столе резко зазвонил телефон. Она сняла трубку и услышала голос Дрейка.

– Привет, Пол,– отозвалась она.

– Приветик, Делла, Перри у себя?

– У себя.

– Хорошо, – утомленным голосом продолжал Дрейк. Сообщаю о результатах проделанной работы. Передай Мейсону, что лейтенант Трэгг зацапал садовника работающего у Гроуверов – чудака по фамилии Шефф. Его задержали как важного свидетеля. Полицейские вне себя от радости, но я так и не смог узнать что же именно они раскопали. Прижав трубку к уху, Делла Стрит застыла у стола. – Алло, алло! закричал Дрейк. – Ты слышишь меня?