В кабинет вошла девушка, которая днем сидела рядом с Мейсоном в зале суда.

– О, добрый вечер! – воскликнул адвокат. – При нашей предыдущей встрече вы были не особенно дружелюбно ко мне настроены.

– Конечно, нет!

– Даже не желали со мной разговаривать.

– Я... Мистер Мейсон, вы... вы поставили меня в такое положение... ну, в общем, в положение, в котором мне совсем не хотелось оказаться.

– Очень плохо. А я боялся, что _в_ы_ собирались поставить _м_е_н_я_ в такое положение, в котором я не хотел оказаться.

– Ну, теперь вы знаете, кто я.

– Садитесь, – пригласил Мейсон. – Кстати, а кто вы... если отбросить псевдоним Наличные.

– Меня зовут Марилин Кейт, но, пожалуйста, больше ни о чем не спрашивайте.

– Вы можете сказать, в каких вы отношениях с Миртл Анной Хейли?

– Послушайте, мистер Мейсон, не надо подвергать меня перекрестному допросу. Я планировала совсем не это. Мне требуется от вас определенная информация и я приложила массу усилий, чтобы вы не выяснили, кто я.

– Почему?

– Это не относится к делу.

– Раз вы здесь, значит относится. Так почему же, все-таки, вы ко мне обратились?

– Мне просто необходимо знать правду. А это возвращает нас к показаниям Миртл Анны Хейли.

– Вы были знакомы с убитым?

– Нет.

– Однако, вы расстались с сотней долларов, которые, насколько я понимаю, взяты из оставленного на черный день, ради того, чтобы я посидел в суде, а потом сказал вам, что думаю о показаниях Миртл Анны Хейли?

– Все правильно. Только деньги... я оставляла их себе на отпуск.

– На отпуск?

– Да, я иду в отпуск в следующем месяце, – сообщила она. – Другие девушки отдохнули летом. Я собираюсь в Акапулько... Я, конечно, поеду, но... Естественно, мне не хотелось тратить деньги, отложенные для этого. Однако, все уже в прошлом.

– Квитанция у вас с собой? – спросил Мейсон.