Иван Петрович читает "Воззвание к российскому народу". Составлено грамотно и складно, со злостью: смесь лозунгов эсеровских, меньшевистских, кадетских, белогвардейских, с какими выступали те в первые годы после Октября.

- Арнольд Михайлович, оставьте это у меня до завтра, а завтра получите указания.

VI

День был ясный, сухой и теплый. К вечеру немного похолодало. Роскошная заря, словно молодица перед зеркалом, любовалась собою в глади широкой реки.

Срава по обочинам деревянных тротуаров пожухла.

Редкие в городе деревья устилают землю вокруг себя желтой, коричневой, красной и зеленой еще листвой.

Воздух чистый, прохладный-дыши-не надышишься. Красота!

А Иван Петрович красоты не замечает. Рабочий день окончен, сотрудники около полуночи разошлись по домам. Киреев еще и еще раз прочитывает материалы, накопившиеся со времени возникновения дела Фунтикова. И думает. Надо разработать предложения по делу и доложить руководству.

Некоторые враждебные акции, совершенные группой, доказаны. Но многое еще неизвестно, а самое главное-непонятно, по чьему заданию действует Фунтиков, кто им руководит? Не мог же он, человек неглупый, пуститься по своей инициативе на такую авантюру, как создание реакционной партии? Несерьезно!

Значит, надо продолжать разработку. А участники группы пусть творят свое гнусное дело? Так, что ли товарищ Киреев? Главное в работе чекиста-предотвратить преступление, не дать возможности врагам

Советского государства нанести ущерб его интересам...

Но не всегда это удается, как в случае с размножением "воззвания", доставленного Ронским. Рукопись была сфотографирована, а Ронский вернул ее Фунтикову вместе с шапирографом и сказал, что у него изменились квартирные условия и размножать подобные документы он не может.