Коломиец подошел к дивану и снова сел.

Авотин застегнул портфель, потер подбородок, глядя в открытую дверь:

- Я вчера думал насчет этой катавасии со стройотрядом. Знаешь, у меня к тебе есть деловое предложение.

Улыбаясь, Коломиец кивнул.

- Закрой-ка дверь, - тихо проговорил Авотин.

Коломиец встал, подошел к двери и, прикрыв ее, повернул дважды круглую ручку замка.

Потом повернулся к Авотину и еще шире улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.

Авотин медленно выбрался из-за стола, приблизился к нему и, протянув руку, провел дрожащими пальцами по его гладко выбритой щеке. Коломиец тихо засмеялся, положил ладони на широкие плечи Авотина. Мгновенье они смотрели в глаза друг другу, потом лица их медленно сблизились.

Они долго целовались, привалившись к двери. Авотин гладил курчавую голову Коломийца, потом стал расстегивать ему ширинку. Коломиец отстранил его руку:

- Не надо щас...

- Ну а чего, давай здесь! - зашептал ему в ухо Авотин.

- Да ты что.

- Никто не увидит. В окно же не видно ничего...

- Нет.

Авотин пожал плечами:

- Чего ты боишься?

Коломиец улыбнулся:

- Ничего.

- Ну а чего ж ты? Ну давай, Ген.

- Да не буду я, - капризно пробормотал Коломиец и, прислонившись к двери, посмотрел в потолок.

Авотин гладил его щеку:

- Ну, поехали ко мне тогда?

- К тебе? - вяло повторил Коломиец.

- Ко мне.

- Тащиться далеко.

- Так возьмем мотор, пятнадцать минут езды. Поехали.

Коломиец потянулся:

- Не хочу.

- Почему, Ген?

- Не хочу. Да и вообще, знаешь... - он подошел к окну. - Я тебе ведь главного не сказал.

- Чего? - настороженно спросил Авотин.

Коломиец вздохнул и после долгой паузы произнес:

- Я вчера у мамочки опять нюхал.

Авотин побледнел.

Коломиец обернулся к нему и повторил, странно усмехаясь: