Он стоял перед унитазом и мочился, живо представляя себе входящего в его апартаменты Зипа, а затем стряхивал с себя ужас и оцепенение и спешил к окну. Два раза Гарри чуть было не снял трубку стоящего рядом с кроватью телефона. Ну хорошо, он позвонит Джимми, расскажет, что происходит в действительности, объяснит, каким образом удалось это узнать... Ну и как же среагирует Джимми? «О, да ты совсем спелся с этим копом. Они предложили тебе сделку?» И можно сколько угодно клясться, что не станешь давать показания большому жюри, – Джимми не будет слушать. Позвонить – значит просто отдать свою жизнь в руки трехсотфунтового полуграмотного борова, который даже школу не сумел закончить. И никогда в жизни не улыбался. Некоторые ответы Джимми Кэпа можно предсказать с почти полной уверенностью. Гарри знал, например, что, если скажет Кэпу, что уходит от дел, Джимми заявит: «Да неужели? Ты уйдешь от дел тогда, когда я тебе это позволю».

А вот Зипа Гарри знал не так хорошо, чтобы предугадать его поведение. Их никогда не знакомили, и за целый год они успевали обменяться не больше чем парой слов. Насколько понимал Гарри, Зип и вообще не очень-то любил разговаривать. Другие ребята из команды Джимми старались держаться от него подальше. Женщинам – полупрофессионалкам, ходившим в подружках этих ребят, – он нравился, а может, они просто боялись выказать настоящее свое к нему отношение.

Гарри собрал чемодан и сумку, засунул их в стенной шкаф в спальне и встал у окна, глядя на фары проносящихся мимо автомобилей, на темные, куда-то спешащие человеческие фигурки, стараясь сообразить, не забыл ли что-нибудь.

Умывальные принадлежности. А что еще?

Боже милосердный, паспорта, оба!

Кто-то постучал в дверь.

Гарри вздрогнул – и тут же вспомнил, что не взял пистолет, тот самый пистолет, из которого сорок семь лет назад застрелил дезертира и который удалось прихватить с собой на память. Пистолет 45-го калибра, штатное оружие армии США. И лежит он себе на полке шкафа, завернутый в полотенце и незаряженный, – а Зип стучится в дверь. Что это Зип, Гарри не сомневался.