– А ты не знаешь, больше я никому не проболтался?

– Я такого не слышала, – сказала Джойс и сразу же добавила ободряюще: – Если тебе хочется рассказать еще раз, давай. Это впечатляющая история.

– Да нет, не стоит.

Они сидели в апартаментах Гарри в отеле «Делла Роббиа», на Оушн-Драйв, и слушали Фрэнка Синатру. Фрэнк с Нельсоном Риддлом наяривали шлягер, Гарри негромко говорил, Джойс рассеянно слушала. Гарри собирался рассказать ей про тот случай в Италии, сорок семь лет назад, а затем спросить – в этом, собственно, и состояло его решение, – не хочет ли она съездить с ним в Италию. В конце января, сразу после Суперкубка.

Но теперь Гарри был уже не уверен, действительно ли ему хочется взять ее с собой. Потому что все то время, пока он знал Джойс Паттон – еще с тех пор, когда она танцевала с голой грудью и была просто Джой, – его мучили сомнения – не стоит ли подыскать себе подругу получше.

Гарри Арно держал три букмекерские конторы в Саут-Майами-Бич и делал на этом шесть-семь тысяч в неделю. Заработанные деньги приходилось делить поровну с типом по имени Джимми Капоторто – чаще его называли Джимми Кэп или Джумбо, – который взимал дань со всех нелегальных промыслов, практиковавшихся в округе Дэйд, за исключением кокаина. Кроме того, на Гарри лежали все текущие расходы: телефон, аренда помещений, зарплата ребят, принимавших ставки, да мало ли что еще. Но Гарри Арно не жаловался. Каждую неделю он, образно говоря, снимал пенки: еще до дележа втихаря заначивал тысчонку – и делал так с того самого момента, когда эти крутые ребята навязали ему свое так называемое партнерство – то есть уже лет двадцать. До Джумбо-Джимми-Кэпа был Эд Гросси, а до Гросси Гарри работал на игорный синдикат курьером.

Сперва он планировал уйти от дел в шестьдесят пять, отложив к этому времени миллион с хвостиком – в швейцарском конечно же банке, через их филиал на Багамах.