Конгрессмен уныло уставился на «б. г. у.» у себя на коленях.

– Да уж, вкуснотища, наверно. – Он кинул упаковку обратно. – Можно, я сяду за руль?

Это противоречило всем инструкциям.

– Э…

– Да ладно вам. Ну пожалуйста! Дома у меня такой возможности не бывает. Я такой невезунчик, что меня всюду везут. Очень вас прошу.

Когда младшему брату Касс было пятнадцать, она давала ему поводить. Конгрессмен Ранди, мужчина под сорок, вдруг стал выглядеть как подросток.

– У меня могут быть серьезные неприятности, – сказала она.

– Если вы не пустите меня за руль, – проговорил Ранди весьма серьезным тоном, – я прочту «Кремацию Сэма Макги» целиком. И вы сойдете с ума, не удержитесь на дороге, и мы оба погибнем.

Она остановила машину. Они поменялись местами и тронулись с места – довольно мягко.

– Чуть-чуть тяжелей в управлении, чем моя, – заметил Ранди.

– Она бронированная, – сказала Касс.

– Ну еще бы. Отлично. Есть тут какие-нибудь кнопки, на которые я не должен нажимать? Запуск ракеты, катапультирование, дымовая завеса? Кстати, вон деревня.

Они ехали по долине. В нескольких милях показалось скопление домов. Над крышами поднимались дымки.

– Там нас, наверно, покормят, – сказал Ранди.

– Исключено. Мы движемся по периметру зоны наших действий. Тот городок – вне ее. Мы сможем поесть, когда вернемся в Гнилюк.

– Держу пари, что эта деревня – гастрономический центр региона. Своего рода боснийский Лион.

– Мне трудно поверить, что здесь где-нибудь может быть «гастрономический центр», – отозвалась Касс.

– Послушайте, капрал, я приехал сюда ради фактов. И в данный момент факты, которые меня больше всего интересуют, следующие: кусок жареной курицы, деревенский сыр, ароматный хлеб и бутылка местного винца. Кстати, как оно здесь? Не очень? Гм… тогда, может быть, ограничимся пивом.