Что дальше?

- Едем в наши трущобы, - продолжал Виктор Денисович. - Не хотел вам их демонстрировать, но так уж случилось. Сегодня там назначено собрание, вернее, политчас. Мне выступать и отвечать на вопросы. Последнее для руководителя всегда неприятно.

Чтобы попасть на другой конец завода, пришлось вызвать машину. Едем по внешней дороге, проложенной вокруг всех заводов КамАЗа.

- Как же вам удалось создать трущобы на новом заводе?

Поташов смеется:

- По собственной инициативе. В проекте, разумеется, их не было. Это как у того строителя, который на вопрос, что он строит, отвечал: "Не знаю. Что получится".

В радиолетописи Светланы Фефиловой говорилось: первый двигатель изготовлен в 1975 году. Отметили выпуск десятитысячного, стотысячного и так далее. Выпущенные двигатели, естественно, не валяются на складе, у нас кризиса перепроизводства нет. Двигатели работают, крутят колесо. И скоро стал вопрос: где ремонтировать выпущенные двигатели?

Ответ: нужен завод по ремонту двигателей. Собственно, такой завод был заложен в проекте, но чертеж, увы, не всегда совпадает с натурой ремонтного завода в положенный срок в натуре не возникло.

А тут и вовсе тревога: первые двигатели отработали в автохозяйствах положенный срок, грузовики стали. Необходим срочный ремонт. Кому ремонтировать? И тогда кто-то сказал:

- У нас же есть завод двигателей.

Ну конечно, обувная фабрика обязана заниматься ремонтом собственной обуви. Пусть часовой завод ремонтирует свои часы. Но фраза о заводе двигателей была сказана в высоких сферах и, в сущности, была справедлива, завод двигателей действительно был.