А что там, внутри этого движения? Отправляюсь в очередное путешествие в зону грохота и лязга.

Малиново озаряются плавильные печи, навевая мысли о вселенском огне, в котором плавилось мироздание. Огнедышащая болванка, схваченная железной рукой манипулятора, ложится под пресс. Стиснуты его челюсти. На свет является высшее творение разума - коленчатый вал.

Движение не затихает ни на минуту. Еще мгновенье - и я поймаю его ритм. Долбеж, клекот, чечетка, дробь - все виды ритмов искусственного происхождения, которые когда-либо звучали в мире. Ритм коленчатого вала один могучий жим пресса в минуту, ибо на один грузовик потребен один коленчатый вал. В ритме пулеметной дроби вылетают поршневые кольца.

Но что такое ритм? В сущности, лишь внешнее проявление окружающего движения. А проникнуть глубже мне не дано: там начинаются технологические дебри.

Кто управляет этим железным движением? Кому оно не только понятно, но и подвластно?

Расставшись со Светланой, сижу в кабинете директора завода двигателей Виктора Денисовича Поташова. Знакомство наше никак не занести в разряд случайных, так как я слышал о Поташове еще в Москве и летел на КамАЗ с твердым намерением познакомиться с ним.

А напутствие я получил от генерального директора завода имени Лихачева Павла Дмитриевича Бородина, с которым встречался два года, работая над книгой о заводе.

- Непременно побывайте на заводе двигателей, - говорил Бородин, узнав, что я лечу на КамАЗ. - Там очень интересный директор - крепкий, своеобразный, перспективный. Я, когда был на КамАЗе, обратил на него внимание.

Рекомендации Павла Дмитриевича Бородина можно верить. И вот я у директора Поташова. Предпоследний день месяца, решается судьба плана. Для стороннего наблюдателя этот день самый интересный.

Договорились, что я буду лишь присутствовать, не вмешиваясь в течение дел даже попутным вопросом. Кабинет у Поташова просторный, с двумя стеклянными стенами, обращенными в сторону луга. Когда-то там чернела вывороченная земля. Теперь весь луг засеян травкой, сквозь которую пробиваются первые робкие цветы. Это тоже территория завода двигателей и, следовательно, имеет касательство к директору Поташову.