Третья моя соседка потеряла сначала сына, потом мужа. Сын заболел волчанкой. Врач отправил его на море. Я могу не знать, что это за болезнь, мальчик и его мать могли этого не знать. Но врач-то должен был знать, что такому заболеванию противопоказаны юг и жара!

Впрочем, теперь я думаю: почему мать не проверила по книгам, справочникам, не поинтересовалась у специалистов — правильно ли действовал доктор?

И ведь, наверно, убивший мальчика негодяй был в основе своей неплохим, просто безалаберным парнем… И никто не приучил его заботиться о последствиях собственных поступков… Такой же ласковой, мягкой, сердечной была врачиха, предлагавшая мне — из самых добрых побуждений — операцию, чтобы избавиться от элементарного плоскостопия. Мои родители в благодарность за ее заботу носили ей подарки. Дешевенькие духи. И считали, что это очень даже роскошно.

Скорей всего, она передаривала жалкие флакончики кому-нибудь из знакомых…

В творившейся вокруг жизни никто и ни о чем не желал мыслить, никто и ни за что не собирался отвечать… Это, пожалуй, была еще одна характеристика человеческой натуры. Ни о том, как выглядят, ни о том, чем заняты и что предпримут в следующую минуту, люди не размышляли. Не смыслящие в медицине — лечили, не сведущие в административных делах — командовали и руководили…

Как о вещах одинаковой важности, они говорили о своем здоровье, смерти близких и о том, что начальники — жулики и воры. Когда у потерявшей сына соседки стал загибаться муж, она боролась с руководителем теплосети за улучшение горячего водоснабжения и рассказывала умирающему об успехах в этой схватке.