Но вот Торарин увидел, как господин Арне поднял голову.

— Улоф-конюх, не вошел ли с тобой вместе в дом кто-то чужой?

— Да, — ответил работник, — это Торарин, торговец рыбой, он был сегодня на тинге в Бранехёге.

При этих словах лицо господина Арне, кажется, чуть оживилось, и Торарин вновь услышал его голос:

— Входи же в дом, Торарин, и поведай нам о том, что решил тинг! Я всю ночь жду тебя здесь.

Все это произошло настолько естественно и буднично, что страх у Торарина пропал вовсе. Он спокойно прошел через комнату и подошел к господину Арне. Он даже спросил себя, а не приснилось ли ему, что господина Арне убили, и, может, на самом-то деле он был жив.

Но, проходя по комнате, Торарин по старой привычке бросил взгляд на полог кровати, подле которого стоял обычно сундук с деньгами. Однако сундука, обитого железом, на месте не было, и когда Торарин это понял, его снова охватил страх.

— Расскажи нам теперь, Торарин, о чем говорили сегодня на тинге.

Торарин начал было рассказывать о тинге, стараясь как можно лучше выполнить то, о чем его попросили, но все никак не мог совладать с языком, и потому все время запинался и путался.

Господин Арне наконец перебил его:

— Торарин, поведай мне лишь самое важное! Найдены ли и наказаны ли убийцы наши?

— Нет, господин Арне, — набрался храбрости ответить Торарин. — Ваши убийцы покоятся на дне Ханефьорда. Разве можно наказать их теперь?

Услышав такой ответ, господин Арне с силой стукнул по столу рукой. К нему, похоже, снова вернулось мрачное настроение.

— Что это ты такое говоришь, Торарин? Неужто ленсхерре

— Нет, господин Арне, никто из живых не мог сказать ему этого.

Господин Арне сдвинул брови и какой-то момент сидел хмуро, глядя куда-то перед собой. Потом снова повернулся к Торарину.

— Я знаю, что ты мне предан, Торарин. Быть может, ты скажешь мне, как отомстить моим убийцам?