
Харт покачал головой:
— Нет, благодарю. По крайней мере, не сейчас.
Визгливые нотки в голосе старика доводили его до мурашек. Если старик Гилмор еще раз заявит, что он в первый раз за сорок семь лет не пошел на рыбалку в День труда на Радужный пирс в Лонг-Бич, то он…
Харт не знал, что он сделает. Вряд ли уместно говорить старику, чтобы он заткнулся, да и выйти из помещения он не может: тяжелая, дубовая дверь заперта и останется запертой до полуночи, пока судебный исполнитель не отопрет ее, чтобы осведомиться, хотят ли они продолжать свои дебаты или предпочитают, чтобы их сопроводили назад в отель, где они последние шестьдесят один день жили в качестве гостей округа Лос-Анджелес.
Харт промокнул пот с лица носовым платком из нагрудного кармана. Стоит ли продолжать эти дебаты?
Всем им известно, что имя мертвой женщины — Бонни Диринг и она была более известна среди профессионалов под именем Бонни Темпест. Известно, что при жизни она имела огненно-рыжие волосы, смурной взгляд. Словом, она была сквернословящей стриптизершей из ночного клуба с неограниченными способностями потреблять алкоголь и предаваться земным удовольствиям, которые может позволить себе объятая желанием женщина с не менее страстным мужчиной.
Известно также и то, что три года назад в Лас-Вегасе в зрелом возрасте двадцати пяти лет она завершила свою стремительную десятилетнюю карьеру профессионального, но также и вполне добровольного скидывания одежд у шеста на сцене ночного клуба, выйдя замуж за видного, всеми уважаемого и сказочно богатого Джона Р. Диринга — владельца инвестиционно-консультативной фирмы, носящей его имя.
Из показаний беспристрастных и объективных свидетелей было известно, что все, кто знал Бонни, говорили, что этот брак долго не протянет, но он длился по крайней мере два года. Потом наркотическое опьянение браком закончилось, и Бонни вернулась к своему привычному образу жизни. Как перевоспитуемая Армией спасения девчонка-сорванец, Бонни скоро устала от ничегонеделания, кроме битья в барабан, и ностальгический зуд по прошлой жизни взял верх над супружескими клятвами.
