Харт пристальнее взглянул на лицо заключенного, сидящего рядом с адвокатом, назначенным судом. Коттон отличался какой-то грубоватой красотой, но его рот выдавал слабость характера, как рот капризного ребенка, который привык только брать и никогда не отдавать взамен. От длительного пребывания в камере кожа его побледнела и приобрела желтоватый оттенок. Дорогой костюм мешком висел на ширококостой фигуре. Глаза с синеватыми тенями глубоко запали. Он выглядел больным и испуганным. Возможно, так оно и было. Харт надеялся, что те несколько дней, которые он провел с Бонни, достойны были той цены, которую он собирался за них заплатить.

После усталости и напряжения судебного разбирательства, многочасовых дебатов то, что за этим последовало, не произвело впечатления кульминации. И Харт обрадовался, когда судья объявил приговор, в краткой речи поблагодарив присяжных. Помощник несколько раз ударил молотком и тем самым положил конец всей процедуре.

Харт устал, ему было жарко. Ему хотелось выпить чего-нибудь крепкого. Он отмахнулся от репортеров, бросив: “Без комментариев!” — и улизнул от Диринга, который направился было к ложе присяжных с явным намерением поблагодарить каждого отдельно. Харт вышел в коридор и спустился к лифтам.

Темноволосая девушка, которую он постоянно видел в зале суда столько раз, вышла еще до него и теперь ждала лифт. Харт исподтишка разглядывал ее. Вблизи она оказалась гораздо приятнее, чем издали. Пока они спускались в лифте, он рассмотрел ее во всех подробностях. Ростом не более пяти футов, хрупкая и миниатюрная. Летний костюм милый, но не дорогой, как и большая сумка на плече. Личико небольшое, овальной формы. И Харт подумал, что при других обстоятельствах он счел бы, что оно напоминает лицо эльфа. Но сейчас, судя по тому, как время от времени кривились губы девушки, было ясно, что она с трудом сдерживает эмоциональное напряжение, однако неплохо владеет собой.