Он ласково посмотрел на меня, и на мгновение мне показалось, что передо мной заросли, не чужие, далекие, с сожалением глядящие на меня, а приветливые, кивающие мне, как другу. Он был сродни деревьям, и они говорили его глазами. "Если бы мне удалось его разгадать, - подумал я, - я понял бы и заросли".

Но он отвернулся и снова стал далеким, как эвкалипты, замкнутые в своем молчании - не в немоте, а в красноречивом молчании деревьев.

- Я иду с вами, - произнес я.

Мы зашагали рядом. Он внимательно выбирал дорогу, следя за тем, чтоб мне было удобнее двигаться. Отводил в сторону сучья, ломал ветки акаций, низко нависшие над тропинкой, вьющейся вдоль подножия холма.

Лес стал гуще. Солнце проникало сквозь навес ветвей, кладя нам на плечи узорчатые блики. Дыхание земли, прохладное, полное запахов листьев, шло от мха, по которому мы ступали. Тропинка круто вела в овраг и обрывалась на небольшой расчищенной поляне. Тонкие стебли трав, отяжелевшие от бремени семян, печально покачивались в кругу деревьев.

В центре поляны возвышался холм желтой глины, кольцом окружавший дыру, ведущую в шахту. На вершине холма, прямо над стволом шахты, поставили лебедку. Тяжелая железная бадья свисала с вала.

- Это ваша шахта! - сказал я.

Он кивнул с довольным выражением.

Я вскарабкался на холм и заглянул вниз, во тьму. Сырой воздух холодом пахнул мне в лицо. Я столкнул с края небольшой камень. Он беззвучно исчез из виду, устремившись в узкий темный колодец, и на какое-то время воцарилась напряженная тишина, а потом из глубины раздался звук, возвестивший о конце его путешествия.

- Ух! Ну и глубоко! - воскликнул я.

Молчаливый Джо стоял рядом со мной, довольный тем, что шахта произвела на меня столь сильное впечатление.

- Вы спускаетесь по этой лестнице? - спросил я, указывая на сделанную из стволов молодых деревьев лестницу, проволокой скрепленную с бревенчатой обкладкой шахты.