В пятницу Мак распорядился, чтобы я подготовил "Харона" к следующему утру, а Робби и Кен были вызваны к 11 часам. Мак сам решил управлять машиной, мне же поручил вести наблюдение. Я думал, что насмотрелся в Саксмире достаточно, и полагал, что отнесусь спокойно к предстоящему опыту. Но вышло совсем не так. Я расположился с приборами в лаборатории, Кен занял место на операционном столе.
- Все в порядке, - подмигнул он мне. - Робби не собирается меня вскрывать.
Над его головой установили микрофон и провода протянули к "Харону-1". Желтый сигнал "Ждите команды" горел на стене. Внезапно он сменился красным, и я увидел, как Кен закрыл глаза. Затем послышался голос компьютера: "Говорит ``Харон'', говорит ``Харон''. Один, два, три... Один, два, три... Как вы себя чувствуете?"
Кен ответил: "Нормально", - но я заметил, что в его голосе не было обычной живости: он казался невыразительнее и глуше обычного. Я взглянул на Робби, и тот передал мне листок, на котором было написано: "Он под гипнозом".
Только тут я осознал значение блока воспроизведения речи и понял, почему Мак так настойчиво его совершенствовал. Кена ввел в гипнотическое состояние электронный голос компьютера. Вопросы, которые задавала ему машина не были случайными - отбор был проведен специально для него. Эффект этого опыта оказался куда более ошарашивающим, чем фокус с собакой и малолетним ребенком, которые повиновались сигналу на расстоянии. Так вот что имел в виду Кен, когда говорил о "своей работе".
- Вас что-нибудь беспокоит? - спросил электронный голос.