– Эй-эй! Мужик! Ты куда? Там женский зал!

– А-а?

– Налево тебе!

– А-а?

– Налево, говорю!

– Чего?

– Да хрен с тобой! Иди! Там все равно никого нет…

На столе пиво. Две бутылки. И две пустых под столом. Обычная наша норма с 12 до 18 часов – 6–8 бутылок на двоих. И парочку после окончания работы. Без пива здесь тошно. Целый день эти щелк-щелк, 150, «пожалуйста», «потяните на себя», «извините», «пошел на хер» и т. д. и т. п.

В окошко кассы влезает любопытная женская м…, извините, лицо?

– Как здоровьичко?

Димка, который что-то рассказывал, недоуменно поворачивается:

– Что?

– Здоровьичко как?

– Чье?

– Ваше, – голос неподдельно приветлив.

– Нормально, а что?

– Ничего, – вежливо отвечает женщина и уходит.

Мы переглядываемся и с полминуты молчим, перевариваем. Немая сцена, куда там «Ревизор». Через полминуты синхронно пожимаем плечами и продолжаем прерванный разговор. Но еще минут 5 нас донимает мысль: «Чего же она хотела?».

В нашем заведении бесплатный вход для детей и милиции. Бендер ни при чем, видимо, эти категории граждан нам просто нравятся. Кстати, дети намного лучше понимают «текущий момент». Восьмилетние девочки дают деньги и только путем долгих уговоров удается деньги им вернуть, а шестидесятилетний пенсионер «машет шашкой» и кричит, что он бесплатно в транспорте ездит, минут пять выходит из себя, матерится, нервничает, ничуть не боясь инфаркта, и все из-за того, чтобы не платить несчастные полторы сотни (стоимость стакана семечек). Новые дети – новые люди. Слава Богу, хоть они понимают, что за любое удовольствие, в т. ч. естественное, платить нужно. Иначе это уже не удовольствие, а просто сранье.

Выхожу облегчиться (пиво все-таки, понимаете ли). Из женского зала выходит солидный пенс (пенсионер) и заливается веселым, счастливым смехом.