– Нормально! – спокойно кивнул капитан. – Мы давим. Временные трудности есть, но мы их скоро преодолеем. И пойдем вперед.

– Эх… Не успеем повоевать… – грустно вздохнул Женька, поджав губы.

– Не переживайте, – подмигнул артиллерист. – А покажите-ка мне, как к заводоуправлению пройти.

Женька повернулся, показывая дорогу:

– Значит, вот прямо сейчас пойдете, вдоль этого забора, там свернете налево и…

Вдруг он запнулся, будто вспомнил что-то:

– Товарищ командир, а документы все-таки покажите…

– Вы что, ребята, немецкого шпиона во мне разглядели? – развел руками капитан, удивленно улыбаясь.

– Порядок такой, товарищ капитан…

Капитан опять улыбнулся, полез левой рукой в карман гимнастерки и мельком посмотрел за спины ребят.

Юрчик машинально стал оглядываться…

Последнее, что тогда увидел Женя – финка, летящая в горло Косте. А потом сокрушительный удар чем-то тяжелым сзади.

Диверсантов тогда так и не взяли. Это Женя узнал уже в смоленском госпитале. А в октябре его призвали в армию…

– …Заткнитесь, говорю, ироды! – Юрчик вышел из себя от злости. – Немцы рядом!

– Лейтенант, разведка возвращается!

Взвод моментально затих. Послышался скрип снега… А потом появились две фигуры в маскхалатах. Ребята из его взвода, посланные за речку посмотреть – что там да как.

– Ну что там?

– Речка промерзла. А за речкой в перелеске – кабели связи. Тихо, следов нет. Что делать будем?

– Норицын! Бегом до командира роты. Доложи.

– Да, товарищ младший лейтенант.

– Бегом!

Норицын исчез в темноте.

Ребята-разведчики разгребли снег до земли и зажгли там сухой спирт-пасту – синее пламя давало иллюзию уюта и крохи тепла – и торопливо стали грызть гороховый концентрат.

– Эй, вы что это? – возмутился Юрчик. – Это же НЗ. Паек не трогать!

– Товарищ младший лейтенант, сутки уже не ели… – не отрываясь от сухпая, пробурчал один из разведчиков.