— Чем это, ребята, вы тут занимаетесь? — неожиданно раздался чей-то голос с улицы. Вопрос был задан властно и прозвучал на том испанском диалекте, который Эдж усвоил от отца.
— Мы выяснили, что у шерифа имелся свой собственный банк, — поспешно ответил Хуан.
— Выходите!
— Сейчас…
Сидевший на столе бандит бросил сигару, раздавил ее носком сапога и дулом ружья угрожающе указал Эджу на выход из помещения
— Вы слышали, что сказал сам Эль Матадор? Живей вперед, грязная скотина!
— Я полагаю, что это был не пустой звук, — спокойно ответил Эдж и направился к двери.
— Не болтай, ублюдок! — Хуан ткнул его ружьем в спину.
Глава третья
Бандиты выстроились полукругом прямо перед шерифской конторой. В центре перед ними лежал труп Нормана Чейза. За их спинами валялось истоптанное лошадиными копытами тело девицы из заведения Рокки. Неподалеку от мертвого банкира стояли Эль Матадор и Торрес. У ног каждого из них стоял плотно набитый мешок.
Эдж предстал перед компанией в сопровождении двух своих утренних гостей. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить обстановку и понять, что произошло. Но к главарю ему пришлось присмотреться повнимательнее, чтобы удостовериться в том, что перед ним не ребенок, настолько малого роста тот был. Более того, на его темном коричневом лице он узнал те же черты, которые были присущи ему самому, и сразу понял, что основой его характера является насилие.
Матадор тоже чувствовал, что наткнулся на родственную душу, и, как казалось, был немного смущен этим. Его черные глаза задержавшись на короткий миг на лице Эджа, метнулись к Хуану.