Волосы были прямыми и черными. Густая длинная челка скрывала лоб. В общем, его лицо говорило о том, что его хозяин улыбается весьма редко. Это было лицо, в котором одни женщины видели жестокую привлекательность, другие находили его безобразным. Что же касается мужчин, то они сразу распознавали таящуюся в нем угрозу, ибо человек с таким лицом в минуту опасности превращался в хладнокровного и жестокого убийцу.

Человек открыл глаза, но, ослепленный режущим солнечным светом, снова зажмурил их. На несколько минут он замер. У него перехватило дыхание, а лицо исказил приступ боли.

Причиной нахлынувшей боли была большая открытая рана возле правого глаза. Кожа вокруг нее была черно-фиолетовой, запекшаяся кровь покрывала половину лица. Судя по всему, для пришедшего в сознание человека подобные ощущения не были чем-то новым: ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы полностью вырваться из провала беспамятства и осознать, что его будущее зависит от того, насколько быстро его мозг сможет подчинить себе эту дикую боль, от которой разламывалась вся правая сторона его лица.

Он снова открыл глаза. Они были у него кристально-голубого цвета, чему он был обязан своей матери — скандинавке. Все остальное он унаследовал от отца — мексиканца.

Человек устремил свой взгляд вверх, жестокая ухмылка обнажила два ряда ровных зубов. Там, в вышине, сделав прощальный круг, улетали стервятники, пронзительными криками выражая свое разочарование.

— Да, ребятки, — произнес человек вслед улетающим мусорщикам, — как я вас понимаю. Я жажду крови не меньше вашего.

Внезапно улыбка испарилась с его физиономии. И если бы грифы не поспешили потерять к нему интерес, то они могли бы считать себя вознагражденными за столь долгое ожидание. Человек застыл всем телом, дыхание его прервалось, вены на шее вздулись от чудовищного напряжения. Среди прочих звуков он отчетливо различил шорох ползущей по земле змеи, сопровождавшийся характерным шумом трещотки на ее хвосте.