– В девять ноль пять утра.

– А казнь Зверя?

– В семь.

– Стало быть, освободишься ты в восемь и в Майами уже не успеешь. А из Джексонвилла или Гейнсвилла есть рейсы на Торонто? Ты узнавал?

– Нет еще.

– Тогда я этим займусь. Позвони мне через часок.

– Спасибо, позвоню.

Прежде чем выйти из отдела, Эйнсли взял портативный диктофон и спрятал его в карман пиджака. Что бы ни взбрело Дойлу сообщить напоследок, его слова переживут его самого.

В вестибюле здания главного полицейского управления рядом со стойкой дежурных его уже дожидался Родригес.

– Я взял документы на машину – тридцать шестой бокс на стоянке. И мобильный телефон. – Хорхе был самым молодым детективом в их отделе, и Эйнсли частенько приходилось помогать ему, но сейчас его юношеское рвение оказалось как нельзя кстати.

– Тогда поехали.

Они быстро вышли из здания и сразу почувствовали удушающую влажность, которая обволакивала Майами много дней кряду. Эйнсли взглянул на небо. Яркие звезды, луна и лишь кое-где крохотные кучевые облачка.

Несколько минут спустя они выехали на Третью Северо-Западную авеню (Хорхе, естественно, за рулем). Через два квартала начиналась эстакада федеральной дороги номер девяносто пять, протянувшаяся на пятнадцать километров в северном направлении. Она выводила затем на Флоридское шоссе, по которому им предстояло мчаться долгих четыреста пятьдесят километров.

Часы показывали двадцать три десять.

Сине-белый “шевроле импала” имел полную полицейскую оснастку и был снабжен кондиционером.

– Включить маячок и сирену? – спросил Хорхе.

– Пока не надо. Посмотрим, как пойдут дела. Поддай-ка для начала газу.

Транспортный поток почти иссяк, и их автомобиль легко набрал сто двадцать километров в час. Они могли себе это позволить: автомобиль с полицейской маркировкой не остановят за превышение скорости даже за пределами Майами.