– Что вы говорите? Как же так может быть, мэтр, Бог и не всемогущ?

– Так… – насмешливо осклабляясь, подтвердил Дикис.

– Если действительно, как вы утверждаете, Бог есть, существует, так ведь Он – Существо всемогущее. По крайней мере, нас так учили…

– Ну и что ж с того, что вас так учили?! И меня так учили, и всех других так учили…

– Значит, что же?… Значит, нас невольно, а может быть, даже умышленно вводили в заблуждение, т.е. попросту, обманывали?

– Ну и зачем непременно обманывали?! Наши мудрецы допускают, что, может быть, прежде и даже наверно Бог и был всемогущ…

– Ну, а теперь?

– Теперь другое дело… Теперь от прежнего всемогущества одно только приятное воспоминание осталось…

– Т.е. как?

– Ну и так же, как такое сплошь и рядом случается между людьми: был себе человек богатый и сильный, но слишком самонадеянный, не видевший ни в ком и ни в чем себе соперников и препятствий и, очертя голову, пустился в целый ряд деловых комбинаций. Ну, а там, смотришь, одно дело сорвалось, на другом подвели, на третьем надули, четвертое вышло неудачно и т.д. и т.д. Ну, такой предприниматель терпит убытки за убытками и, в конце концов, теряет все, что имел, т.е. разоряется…

– Вы приводите, мэтр, человеческий пример, а тут Бог.

– Ну и что же с этого?! Почему вы думаете, что дела Боговы не подчинены законам, аналогичным с законами человеческими?

– Потому, мэтр, что не люди устанавливали законы, а Бог, который в состоянии и изменить их…

– Так ли, Липман? В состоянии ли Бог изменять законы? Да и Он ли их устанавливал?

– А кто же?

– Установились они силою вещей, взаимным соотношением между собою этих вещей. И опыт истории показал, что природные законы неизменны. Что вы мне ответите на такой вопрос: жизнь человеческая так, как она совершается, может быть угодна Всеблагому и Всеправедному Богу?

– Ну и как она может быть угодна? Конечно, нет.