Итак, Анатолий Ермолаев, двадцати четырех лет от роду, сегодня, в конце второго тысячелетия, вас вносят в вечный список, и потому вы объявляетесь членом всемирного тайного братства нормальных людей!

Елена подходит к совершенно обалдевшему Анатолию, приглашает жестом подняться, вдохновенно ударяет по неподвижной рюмке нового члена тайного общества, и выпивает. Как только Анатолий делает то же самое, целует его в губы.

Анатолий (ошарашен, но пытается шутить). Скажите, а Богданов - что, тоже член всемирного общества?

Елена (абсолютно серьезно). Во-первых, мы теперь на "ты", а во- вторых, ты забыл, что общество тайное и ты сам должен решать, кто является его членом, а кто нет (устало опускается в кресло).

Анатолий. Пожалуй, я пойду.

Елена. Да, хорошо. Я что-то устала. Спасибо, Анатолий. Мне нужно побыть одной (закрывает глаза). Нет, постой, я тебе хотела что-то сказать. Ах, вспомнила. Приходи к нам, к Коле завтра, хорошо?

Анатолий. Я не знаю..., я, наверно, не смогу...

Елена. Нет, нет, приходи, вечером, будут Колины друзья, очень интересные люди. (Анатолий неуверенно пожимает плечами.) Приходи, не обижай хранительницу тайного списка. Хорошо?

Анатолий кивает и уходит.

Картина пятая

Квартира инженера Богданова. Приподнятая праздничная атмосфера. Играет музыка: изрядно потрепанная грамофонная пластинка нежным голосом поет "Санта Лючия". За выдвинутым на середину комнаты столом веселая компания из четырех человек. Во главе стола в роскошном платье царственно восседает Елена. По правую руку двое мужчин лет сорока, это Доктор и Гоголь-Моголь, друзья инженера. По левую руку сидит сам хозяин. Звонят в дверь.