- Непременно переменю. Но все-таки, Джесси, мое искреннее желание видеть тебя хорошо устроенной, замужем. - Не с кем попало, надеюсь? - заметила Джесси. - Ты дай мне какого-нибудь погибшего человека. Я буду его восстанавливать в его собственных глазах. Вот о чем я мечтаю иногда. Но это глупо. Или хорошо? Отвести от края пропасти и - постепенно, неуклонно... - Дурочка, где ты это читала? - рассмеялась Ева. - А не помню где, - откровенно призналась, тоже смеясь, Джесси. Вдруг она перестала смеяться, крикнув: - Мори, ты опоздала. Обед мы уже скушали. Иди пить с нами кофе! Моргиана стояла в дверях, весело рассматривая подруг. Снисходительно-добродушно взглянув на Джесси, она спокойно поздоровалась с Евой, села за стол, взяла салфетку, бесцельно посмотрела на нее и положила на место. - Стало легче? - Да, Джесси. Старая мигрень, Ева. От кофе пройдет. У меня масса хлопот по ремонту и моему переезду. Кроме того, в этом году рано наступил зной. Я спасаюсь в "Зеленую флейту", наверное - до осени. - Джесси, - и ты? - Я не поеду, Ева. Я остаюсь здесь. - Вы знаете, как она упряма, - сказала Моргиана Еве после небольшого молчания. Допив свой кофе, Моргиана возобновила примолкший разговор. Теперь она была спокойна. Притворство ее было легким, как нетрудное дело в руках опытного мастера. Она смеялась, шутила и рассказывала с нотой сочувствия о прекрасной танцовщице Мальком, которая плакала и танцевала одна.

Глава VI

К девяти часам вечера гостей собралось пять человек. Это были: Гленар, тот самый, манера курить которого обсуждалась Евой и Джесси, медлительный человек двадцати девяти лет, дилетант и блондин; Джиолати, итальянский изгнанник, замешанный в романтическую историю при дворе; сын судовладельца Регард и его жена, смуглая маленькая женщина с большими глазами, уроженка Антильских островов. Пятая была Ева Страттон. По малочисленности общества, а также из-за духоты, центром служила квадратная угловая терраса. В этот вечер Джиолати, вспоминая родину, пел трогательные романсы, и детская обида светилась в его черных глазах.