Больше часа, украдкой, она следует за ней по рыночным рядам, под мелким ноябрьским дождем. Эта немногословная, молчаливая, неулыбчивая женщина кажется ей бесконечно одинокой. Всматриваясь внимательно, до боли в глазах, она обнаруживает смутное сходство с тем лицом на фотографиях из коробки. Обе они теперь превратятся в маленьких сгорбленных старушек. Обе любили одного и того же мужчину, от которого у нее, Полетты, четверо детей.

После тринадцати лет подполья и тайной любви, после бесконечных просьб жениться на ней, после обещаний Жана Фабриса развестись – эта женщина сама стала инициатором разрыва. И даже проявила благородство: после того, как сделала аборт, предлагала ему вернуть и квартиру, и машину, и платья, и драгоценности.

Полетта ощущает необъяснимое сочувствие к покинутой сопернице, выброшенной на обочину дороги. Согнутой под тяжестью своей сумки, сломленной одиночеством бесчисленных ночей, когда она оплакивала не появившегося на свет ребенка. Ее письмо о разрыве было написано двадцать лет назад.

И все же Жан Фабрис был добрым отцом и хорошим мужем, отзывчивым другом, лицом известным и почитаемым. И церковь на похоронах этого образцового человека была полна народу…

2. Жан Кристиан

С высокомерием своих двадцати лет он презрительно взирает с балкона на этот загнивающий мир – о нем у него сложилось свое, особое мнение. Послеполуденный июльский горизонт загорожен уродливыми постройками. Таков поселок в одном из парижских пригородов, где он живет со своей матерью. Каждые двадцать лет заходит разговор о том, что домишки эти подлежат капитальному ремонту. В последний раз это происходило не иначе, как после его появления на свет, поскольку сейчас замызганы они так, что дальше некуда. Он засекает внизу, у дома 6 Б одного из их банды, состоящей из бывших учеников «класса дебилов» – так называли в коллеже класс со специальным уклоном, с начальной «механической» подготовкой, считалось, что там одни придурки. Но даже оттуда его вышибли.