Прежде чем Микаэла успела ответить, несколько мужчин подхватили раненого и, не очень-то с ним церемонясь, перетащили в лавку цирюльника.

Тут владелец салуна появился на веранде.

— Ну, хватит глазеть, — скомандовал он. — Отправляйтесь живее в дом! — Потому что ведь и девушки, работавшие в салуне, не могли упустить зрелище. Микаэла с испугом увидела, как молоды они были, почти дети, особенно та блондиночка, которая так внимательно рассматривала молодую докторшу, пока Сликер, крикнув ей: «И ты тоже, Майра!» — не отправил ее в дом.

В эту минуту Микаэла услышала за спиной сдавленный стон. Она быстро обернулась. Прислонившись к столбу веранды, сидела женщина. Лицо ее было серого цвета. Она ловила ртом воздух и прижимала правую руку к левой стороне груди.

Броситься к женщине, вытащить из сумки стетоскоп и приложить его к груди женщины было для Микаэлы минутным делом.

— Постарайтесь дышать спокойно и равномерно, мадам! — обратилась Микаэла к ослабевшей женщине.

Но прежде чем они успели обменяться с женщиной хоть словом, Лорен Брей схватил Микаэлу за руку.

— Оставьте мою жену в покое! — набросился он на Микаэлу. — Это всего лишь ее обычный приступ слабости.

— Вовсе это не обычный приступ слабости. Сердце бьется тяжело и учащенно. Ваша жена страдает опасным нарушением сердечного ритма!

Но Лорен Брей уже начал поднимать свою жену.

— Позаботься лучше о своих делах! — бросил он Микаэле.

— Но именно это я и делаю. Я врач и выполняю свои обязанности! — Она решительно посмотрела торговцу в глаза.

— Спасибо, мадам! — с трудом проговорила миссис Брей. — Мне уже лучше. Это, вероятно, от волнения. — С этими словами она оперлась на руку мужа, и он увел ее.

Ужасающий вопль донесся из лавки цирюльника. Раненому, очевидно, удалили пулю, и притом без наркоза.