Абду-Рахим-хан держит в руках лист бумаги. Буквы сливаются, бумага как бы тает у него в руках, и теперь он видит туманный, дымный город на глубокой реке, реке-улице, и громадные океанские пароходы, как небоскребы, по обе стороны улицы.

Отсюда сорок два миллиона людей управляют полумиром и держат в цепких пальцах города и государства во всех странах света. Отсюда подагрические, желчные, пожилые люди во фраках, которые доживают последние два-три десятка лет своей земной жизни, забросили крепкие золотые и стальные сети в бурное море, лежащее на севере Полистана, и в зеленый залив океана на юге. И, как гигантская рыба, страна Полистан бьется в этих сетях, пока распухшие в суставах жилистые руки рыбаков подтягивают сети к себе.

То, что он открыл, важнее отставки секретаря совета Министров Абду-Рахим-хана.

Теперь он держит в руках отставку королевского посла, отставку и жизнь Мирзы Али-Мухамеда и всего совета министров Полистана. А может быть, он держит в руках и судьбу Абду-Рахим-хана. Ни королевский посол, ни совет министров не сдадутся без смертельной борьбы. У королевского посла есть тысячи купленных людей, у министров — старая, развинченная, но еще действующая машина сыска.

ОПАСНАЯ ИГРА

Мягкие, теплые руки обняли его, и губы ищут его губы. Но он отстраняется и идет к окну. Полуоткрыв шторы, смотрит вниз.

В кафе еще играет оркестр. Но улица не совсем пустынна. Два человека стоят у его автомобиля, и еще трое — у стены против отеля.

Пока женщина смотрит удивленно-обиженными глазами, он прячет бумагу и еще раз внимательно оглядывает улицу.

Прошел час и десять минут. Пропажа открыта. Сыщики брошены в погоню. Зачем он сразу не поехал к Омару? Поздно! Его ищут!

Он враждебно смотрит на женщину, которая теперь сидит на постели.