Тем временем капризная, непостоянная осень 1867 года резко сменилась холодной зимой с ее сильными морозами и частыми снежными буранами. Отсроченные на ноябрь переговоры в форте Ларами состоялись и не принесли удовлетворения правительственным чиновникам. Красное Облако, Бешеный Конь, Убийца Пауни и другие влиятельные вожди тетонов не явились к месту встречи. Уполномоченные индейские посланцы передали белой стороне конкретное безапелляционное условие вождей: пока армия не закроет Боузменский тракт и не уберется из трех новых фортов в долине Паудер Ривер, ни о каких встречах между белыми и индейцами не может идти и речи. Таким образом, хрупкое перемирие на границе закончилось, и снова в воздухе запахло войной из-за неуступчивости двух воюющих сторон. Все объяснялось довольно просто. Армия не хотела терять завоеванных позиций — открытой важной дороги на Боузмен и возведенных на ней фортов, а индейцы всеми силами пытались удержать в своих руках их последнее заповедное убежище — долины рек Танг и Паудер.

Уезжая ни с чем из форта Ларами, белые члены комиссии все же послали вождям тетонов приглашение встретиться по весне там же. Но все понимали, что вряд ли можно ожидать от краснокожих вождей каких-либо уступок в их жестких условиях.

Долгие зимние месяцы в форте Кинли шла подготовка к возможным военным действиям в предстоящем сезоне. Велись стрельбы и учения. Каждый солдат холил и лелеял вверенную ему лошадь, держал в чистоте и порядке огнестрельное оружие и острый клинок. Новобранцы набирались уму-разуму под наблюдением сержантов и старослужащих. На этот раз обошлось без случаев дезертирства, хотя армейская жизнь не всем пришлась по вкусу, большей частью тем, кто надеялся легко отбыть положенный срок, не очень утруждая себя. И никто не знал, как повернутся дела, когда необстрелянные парни понюхают пороху в первых схватках с индейцами.