Они проходили мимо крестьян, работающих на укреплениях Бендер, мимо надсмотрщиков-янычар, следивших за ходом работ. Карл XII шел, прихрамывая, впереди. За ним следовали барон Гротхусен и другие шведские генералы. Свиту замыкал сераскер. Он изо всех сил старался держаться поближе к Карлу, но безуспешно: ему мешали полы длинного халата, в которых он все время путался, и шведские генералы, суетливо поспешавшие за своим королем.

Против крепостных ворот, на возвышенности, король остановился, поднес к глазам подзорную трубу и стал осматривать противоположный берег Днестра.

Запыхавшийся сераскер подошел к нему:

– Я упустил что-нибудь, ваше величество?

– Нет, – ответил Карл, не отрывая от глаз подзорную трубу. – Ты ничего не упустил. Но все, что ты сделал, – ты сделал зря!

– Почему? – встревожился Измаил-паша.

– Да потому, что Петр не отважится осаждать Бендеры.

Сераскер облегченно вздохнул.

– Я тоже так думаю. Подобные крепости не часто встречаются.

– Нет, не стены испугают царя. И не число твоих воинов. Царь побоится меня. Моего присутствия в этих стенах.

Измаил-паша прикинул, что ему выгоднее молча проглотить обиду. Он только поежился и, подавляя раздражение, спросил:

– Но если царь не дерзнет перейти Днестр здесь, где же он его перейдет?

– Я перешел бы под Сороками, – ответил Карл.

– Почему под Сороками?

– Потому что Сорокская крепость меньше и обороняется не турками, а молдаванами.

– Молдаване тоже умеют оборонять крепости. Мы могли убедиться в этом. И к тому же они нам преданы.

– Я думаю, что на этот раз они не будут вам преданы. А если будут, значит, они глупцы! История предоставляет им великолепную возможность избавиться от вашей тирании.

Измаил-паша стал чернее земли, но и на этот раз вынужден был смириться с наглостью высокого гостя.

Карл засунул подзорную трубу в карман поношенного камзола и направился к крепостным воротам. Паша преградил ему дорогу.