- Да, чуть не забыла. Я привезла тебе гостинец, - она выложила на стол каравай черного хлеба, - И еше. Hеделю назад твоему сыну исполнилось девятнадцать лет.

- Врешь!

- Твое дело.

Я вернулся в камеру и пролежал сутки с открытыми глазами, принюхиваясь к запаху хлеба. Генри заглянул два раза, но тревожить меня не стал.

А на второй день я вскочил будто вспомнил, что забыл выключить утюг. Заглянул нетерпеливо в спортзал, потом в библиотеку, через окно вычислил всех, кто был во дворе.

Хорвата нашел в бильярдной. Он наблюдал за игрой с мусульманским равнодушием к жизни.

Я подошел к нему и молча врезал своей любимой "коронкой".