Прощай, милый дом, убранный пышными гирляндами, ветками падуба и разноцветными лампочками. Я люблю тебя! Я буду скучать!

Вчера была в гостях у Скотта на новогодней вечеринке. Ребята слегка сошли с ума… Я рано ушла домой, сказала, что неважно себя чувствую, но на самом деле я так взвинчена оттого, что мы через два дня переезжаем, и я все время сама не своя. Наверное, не смогу уснуть обе оставшиеся ночи. Буду думать о переезде в новый дом, в новый город, в новый округ и в новый штат одновременно. Мама и папа уже познакомились с некоторыми людьми на факультете, и, по крайней мере, они уже были в нашем новом доме. Я видела его на фотографиях, но на них он кажется большим, холодным, предвещающим несчастье незнакомцем. Я надеюсь, он нам понравится, и он сможет приспособиться к нам.

Если честно, никому бы такого не сказала, кроме тебя, Дневник, но я не очень верю, что на новом месте у меня это получится. Мне с трудом это удалось и на старом, где я всех знала и все знали меня. Раньше я не позволяла себе думать об этом, но мне просто нечем похвастаться на новом месте. О дорогой Бог, помоги мне приспособиться, сделай так, чтобы меня приняли, помоги вписаться и не стать изгоем и обузой для семьи. Ну вот, опять плачу, вот размазня, но ничего больше не остается. Снова ты промок! Дневники – хорошая вещь. Смотри не простудись.

Мы переехали! Только что наступило 4 января. Десять минут второго. Тим и Алекс ссорились, а у мамы желудочный грипп, или это просто перевозбуждение, в общем, ее два раза рвало, и папе пришлось два раза останавливаться. В машине что-то сломалось, фары не включались, и я даже подумала, будто уже и папа готов развернуться и ехать обратно домой. Мама составила список для грузчиков, как перевозить вещи, но они все перепутали. В общем, мы только сейчас смогли разобрать раскладушки и лечь спать. Я рада, что захватила свой карманный фонарик; по крайней мере, могу писать. По секрету: дом выглядит довольно странным и зловещим, но, вероятно, это оттого, что нет занавесок и прочего. Думаю, завтра все покажется более жизнерадостным. Да, хуже уже и не может быть.