Скрываясь за соснами на берегу,

В открытое море уплывает луна.

Быстро померк блеск, исчез мир грез.

Очнувшись, увидишь истинный свет,

В лунной столице будешь жить.

Я буду мертв, но мне кажется, что я это услышу. Услышу, как будет плакать жена. Громко будут плакать и Ицуко, и Кугако, с которыми у меня нет ничего общего, которые всю жизнь со мной только ругались. Сацуко, наверное, останется спокойна. Или, вопреки моим ожиданиям, заплачет? Или начнет притворяться? Интересно, какое у меня будет лицо после смерти? Мне бы хотелось, чтобы оно было толстым, как сейчас, даже немного отталкивающим...

– Папа...

Когда я писал последнюю строчку, ко мне неожиданно вошли жена и Кугако.

– Кугако хочет тебя о чем-то попросить...

Просьба ее состояла в следующем. Ее старший сын, Цутому, несмотря на то, что еще слишком молод и учится на втором курсе университета, завел любовницу и просит разрешения жениться. Родители согласны, но беспокоятся, как молодые будут жить в отдельной квартире, и хотят, чтобы они жили вместе с ними до тех пор, пока Цутому окончит университет и начнет работать. Однако дом в Цудзито слишком мал, и сейчас Кугако с мужем и тремя детьми очень тесно, а тут еще приедет невестка и рано или поздно родится ребенок. Поэтому они решили переехать в современный дом, немного попросторнее. В том же Цудзито, в 500-600 метрах от них продается исключительно подходящий дом, и они его купили бы, но им не хватает двух-трех миллионов. Около одного миллиона они как-нибудь наскребут, но остальное пока найти не могут. Конечно, они не рассчитывают, что я дам им всю сумму, и решили занять деньги в банке, но не мог ли бы я им помочь хотя бы двадцатью тысячами для выплаты процентов? В течение будущего года они бы мне вернули.

– Разве у вас нет акций? Почему бы их не продать?