– Могу тебя успокоить. Клиентки редко бывают красивыми. А если наш шеф хочет ликвидировать неверную любовницу, он предпочитает это делать сам.

– Он человек чести?

– Думаю, ему просто нравится убивать красивых баб. А уродин он сплавляет нам.

Моей первой клиенткой стала директриса культурного центра. Я позволил себе выразить недоумение.

– Центр такой же культурный, как ты и я, – разъяснил Юрий. – Это прикрытие.

Я так никогда и не узнал, что пряталось под тем прикрытием. Директриса оказалась толстой усатой теткой. Переваливалась, как утка, на слишком тонких для ее грузного тела ногах. Я выполнил задание без всяких проблем.

– Мужчина, женщина – мне все равно, – сказал я Юрию.

– Посмотрим, что будет, если придется убить красотку.

– Убивать красавца мне тоже было бы неприятно. Я признаю только один пол – красоту.

– Что это еще за хренотень?

– Это мое философское кредо. Ведь пол – это то, что разделяет. А красивые люди резко отличаются от остальной невыразительной человеческой массы.

– Пересчитай, – сказал Юрий, протягивая мне конверт.

Песни «Радиохед» замечательно подходили к моей новой жизни. Эту музыку и мою работу объединяло полное отсутствие ностальгического настроения. Своих клиентов я отправлял на тот свет, не предаваясь возвышенным размышлениям об их прошлом: меня совершенно не интересовали их юные годы. На героя «Заводного апельсина» мощное воздействие оказывал Бетховен. Музыка «Радиохед» не пробуждала во мне сильных чувств, а напротив, помогала жить сегодняшним днем и отметать ядовитую сентиментальность воспоминаний.

Это вовсе не значит, что я был холоден как лед. Ничего подобного! Никогда еще во мне не бушевало столько эмоций, как в момент убийства. Но – никакой меланхолии. Каждый убивает в соответствии со своей любимой музыкой: в «Заводном апельсине» убийцу приводит в экстаз Девятая симфония с ее почти гнетущим ликованием, а я убивал с гипнотической эффективностью «Радиохед».