Юрий зарабатывал больше, чем я. Хотя клиентов на его счету было меньше.

– Зато на мне больше ответственности. Я общаюсь с нашим шефом, и у меня хранятся координаты всех, кто на нас работает.

– Значит, если тебя арестуют, ты нас всех заложишь.

– Нет, у меня в коренном зубе капсула с цианистым калием.

– А кто нам гарантирует, что ты ее проглотишь?

– Если я этого не сделаю, то шеф лично меня замочит. А его методы меня не привлекают.

– Если он так любит убивать, почему же перепоручает это другим?

– Потому что он художник. Две пули в черепушку – это ниже его достоинства. Он должен придумать что-нибудь эдакое, изысканное, чтобы всех удивить. А это как раз очень опасно. В нашем деле важно не высовываться.

Мне очень нравилось принадлежать к тайному обществу.

– А ты не боишься нечаянно раскусить свою капсулу?

– Ириски мне противопоказаны, – скромно ответил Юрий.

Его сдержанность внушала уважение.

И я подумал: свою зарплату он получает не зря.

Мне нравилась не только моя работа, но и ее правила. Так, отправляясь на дело, киллер должен мыть руки. Разумеется, не чистоплотности ради. Важно, чтобы руки не были потными. Потому что если они скользят, точно прицелиться невозможно. Нельзя также пользоваться смягчающими кремами на миндальном масле, потому что они покрывают кожу жирной пленкой, и палец в нужный момент может соскользнуть с курка. Лучше всего старое доброе мыло «Сан-лайт» с лимонным запахом, которое хорошо смывает и пятна смазки на брюках.

Юрий нанял меня в феврале, когда было по-зимнему холодно. Я всегда любил принимать обжигающий душ, но теперь приучил себя мыть руки ледяной водой. Это последний штрих перед самым выездом на дело: долго намыливать пальцы и ладони, тщательно массировать покрытые густой пеной руки и окатывать их струей, такой холодной, что кажется, будто из крана вот-вот посыплются льдинки.