А на этот раз ничего подобного. Меня это приятно удивило. Я даже не подумал перейти на другую сторону и поздоровался как ни в чем не бывало.

– Вижу, у тебя все в порядке, – сказала она.

– Да. А ты как?

Она поморщилась. Ну все, сейчас начнет жаловаться. Я тут же распрощался.

– У тебя совсем нет сердца, – бросила она мне вслед.

У меня и в самом деле его не было. Я уничтожил в себе этот источник проблем и страданий, и рана давным-давно затянулась. Вместо него у меня теперь работал механический насос, практически не требовавший к себе внимания.

И я ничуть не скучал по этому слабому органу – слабому, вопреки воспевшим его мужество легендам. Отважное сердце Родриго? Нет, это не про меня.

Я спросил Юрия, нравится ли ему убивать.

– Это приносит облегчение, – ответил он.

– От чего?

– От стресса.

– А убивать – разве это не стресс?

– Нет. Это страх.

– То есть страх снимает тебе стресс?

– Да. А тебе нет?

– Нет.

– Почему ты тогда этим занимаешься?

– Потому что мне нравится этот страх сам по себе. Никакое облегчение мне не нужно.

– Да ты просто извращенец.

В его голосе послышалось уважение, и, довольный произведенным впечатлением, я удалился.

Очень скоро я стал позволять себе излишества. Заказы на убийства поступали не регулярно, и меня это очень напрягало. День без убийства был для меня таким же потерянным, как раньше – день без секса. Я устал постоянно прислушиваться к телефону, как придурок, что без конца заводит знакомства по объявлениям в газетах. Недолго думая, я решил, что имею право на некоторые экспромты.

Наемный убийца совершает идеальные преступления, потому что не сам выбирает своих жертв. Он ничего о них не знает. И полиции не за что уцепиться. А кто мне мешает самому себе заказывать клиентов, соблюдая при этом тот же непреложный принцип: ничего о них не знать?